Я взял адрес тюрьмы – на всякий случай – и побрел. В глухом переулке в первой попавшейся лавке старьевщика я приобрел грубую одежду моряка, а лицо повязал платком, сославшись на то, что у меня болят зубы. Повязка скрыла мои синяки. Я совсем преобразился. Я больше не походил на себя. Потом разыскал проволоку и пошел вдоль нее до того места, откуда она начиналась. Она выходила из крохотной комнатки над лавкой мясника – видимо, телеграфное дело не очень-то еще процветало. Юный служащий дремал над столом. Я запер дверь и положил громадный ключ себе за пазуху. Молодой человек встревожился и хотел позвать на помощь. Но я сказал:
– Побереги себя. Если ты раскроешь рот, ты – покойник. За работу! Живо! Вызови Камелот.
– Не верю! Как может такой человек, как ты, разбираться в…
– Вызови Камелот. Я человек отчаянный. Вызови Камелот или отойди прочь, и я сам вызову.
– Что? Ты?
– Заткнись! Вызови дворец.
Он вызвал дворец.
– Позови к аппарату Кларенса.
– Кларенса? Как его фамилия?
– Тебе нет дела, как его фамилия. Говорят тебе: позови Кларенса, и тебе ответят.