– Сейчас узнаете. Прошу у вас только об одном: все останется между нами. Хотите – остаюсь, не хотите – исчезну навеки.
– Извольте.
– Я в последней крайности. О нет, – офицер поднял руку, хотя Грибоедов не сделал ни одного движения. – Дело не в деньгах. Я приехал с индийских границ.
Офицер зашептал с усилием:
– Меня послали по секретной надобности. Англичане раскрыли. Я – сюда. Дорогою узнал, что здесь находится английский чиновник, ему поручено добиваться в министерстве моего разжалования. Министерство я знаю, ежели оно от меня отречется – а оно отречется, – я за год лишений, лихорадки…
Офицер забил себя в грудь.
– Я на человека стал не похож, – сказал он хрипло и добавил совершенно спокойно:– За год командировки – наградой конечная гибель.
Он начал механически тереть лбом о руку, мало интересуясь тем, что скажет ему Грибоедов.
– Вы не знаете, какой английский чиновник имеет поручение, относящееся собственно до вас?
– Не знаю, – захрипел офицер, – об ист-индских делах были сношения между ост-индским правлением и ихней персидской миссией.