Леди Чилтерн(с ударением). Надеюсь. Почему вы так странно смотрите на меня, лорд Горинг?
Лорд Горинг. Леди Чилтерн, я часто думал… что вы слишком уж строги в своих суждениях. Мне кажется, вы… слишком уж нетерпимы. А ведь если покопаться, так у каждого есть слабости — а то и что-нибудь похуже. Допустим, например, что какой-нибудь видный политический деятель — ну, хотя бы мой отец, или лорд Мертон, или Роберт — когда-то давно написал кому-то опрометчивое письмо…
Леди Чилтерн. Что значит — опрометчивое?
Лорд Горинг. Такое, которое его сильно компрометирует. Я, конечно, разбираю воображаемый случай.
Леди Чилтерн. Роберт неспособен на опрометчивый поступок. Тем более на дурной поступок.
Лорд Горинг(после долгого молчания). Всякий способен на опрометчивый поступок. И всякий способен на дурной поступок.
Леди Чилтерн. Вы стали пессимистом, лорд Горинг? А что скажут все прочие денди, ваши подражатели? Им всем придется надеть траур.
Лорд Горинг(встает). Нет, леди Чилтерн, я не пессимист. Да я и не знаю толком, что такое пессимизм. Но я очень хорошо знаю, что понять людей можно, только если иметь к ним милосердие. Жить с людьми можно, только имея к ним милосердие. Потому что любовь, а не немецкая философия — основа жизни. По крайней мере нашей земной жизни. Не знаю, как насчет небесной. И я хочу кое-что сказать вам, леди Чилтерн. Если когда-нибудь вас постигнет беда… если вы окажетесь в трудном положении… помните, что я всегда готов вам помочь. Доверьтесь мне — и я сделаю все, что в моих силах. Напишите мне только два слова — «хочу видеть», и я брошу все и поспешу к вам. Или придите ко мне сами. Но очень прошу вас — сейчас же обратитесь ко мне.
Леди Чилтерн(удивленно смотрит на него). Как серьезно вы это говорите, лорд Горинг! Никогда еще не видела вас серьезным!
Лорд Горинг(смеется). Простите, леди Чилтерн. Больше не буду.