Иродиада. Но это ты вырвал меня из его объятий.
Ирод. И в самом деле, я был сильнее… Но лучше не будем вспоминать прошлое. Я не желаю говорить об этом. Именно из-за этой истории пророк произнес эти ужасные слова. И, может быть, именно из-за этого и произойдет несчастье. Однако не будем больше вспоминать прошлое… Достойнейшая Иродиада, мы не должны забывать о наших гостях. Наполни-ка мою чашу, любовь моя. Наполни-ка вином эти большие серебряные кубки и хрустальные бокалы. Я хочу выпить за здоровье цезаря. Здесь присутствуют римляне — так давайте же выпьем за здоровье цезаря.
Все. За цезаря! За цезаря!
Ирод. Замечаешь ли ты, как бледна твоя дочь?
Иродиада. Что тебе до того, бледна она или нет?
Ирод. Никогда еще я не видел, чтобы она была так бледна.
Иродиада. Ты не должен смотреть на нее.
Голос Иоканаана. В тот день солнце станет черным, как черная власяница, и луна станет красной, как кровь, и звезды упадут на землю с небес, словно зрелые плоды со смоковницы, и царей земных обуяет ужас.
Иродиада. Ах, хотела бы я увидеть тот день, о котором он говорит, когда луна станет красной, как кровь, и когда звезды упадут на землю, словно зрелые плоды со смоковницы. Этот пророк говорит, точно пьяный… Но мне невыносим звук его голоса. Я ненавижу его голос. Вели ему замолчать.
Ирод. Я не сделаю этого. Хоть я и не понимаю, о чем это он говорит, но это может быть предвещанием.