ГВЕНДОЛЕН. Эрнест, мы никогда не сможем пожениться. Судя по выражению маминого лица, этому не бывать. Теперь родители очень редко считаются с тем, что говорят им дети. Былое уважение к юности быстро отмирает. Самое минимальное влияние на маму я утратила уже в трехлетнем возрасте. Но даже если она помешает нам стать мужем и женой и я выйду еще за кого-нибудь, и даже не один раз, – ничто не сможет изменить моей вечной любви к вам.
ДЖЕК. Гвендолен, дорогая!
ГВЕНДОЛЕН. История вашего романтического происхождения, которую мама рассказала в самом непривлекательном виде, потрясла меня до глубины души. Ваше имя стало теперь для меня еще дороже. А ваше простодушие для меня просто непостижимо. Ваш городской адрес в Олбени у меня есть. А какой ваш адрес в деревне?
ДЖЕК. Поместье Вултон. Хартфордшир.
Алджернон, который прислушивался к разговору, улыбается и записывает адрес на манжете.
Потом берет со стола железнодорожное расписание.
ГВЕНДОЛЕН. Надеюсь, почтовая связь у вас налажена. Возможно, нам придется прибегнуть к отчаянным мерам. Это, конечно, потребует серьезного обсуждения. Я буду сноситься с вами ежедневно.
ДЖЕК. Душа моя!
ГВЕНДОЛЕН. Сколько вы еще пробудете в городе?
ДЖЕК. До понедельника.