МЕРРИМЕН. Экипаж подан, сэр.
Алджернон умоляюще глядит на Сесили.
СЕСИЛИ. Пусть подождет, Мерримен, ну, минут… минут пять.
МЕРРИМЕН. Слушаю, мисс. (Уходит.)
АЛДЖЕРНОН. Надеюсь, Сесили, я не оскорблю вас, если скажу честно и прямо, что в моих глазах вы зримое воплощение предельного совершенства.
СЕСИЛИ. Ваша искренность делает вам честь, Эрнест. Если вы позволите, я запишу ваши слова в свой дневник (Идет к столу и начинает записывать.)
АЛДЖЕРНОН. Так вы действительно ведете дневник? Много бы я отдал за то, чтобы заглянуть в него. Можно?
СЕСИЛИ. О нет! (Прикрывает его рукой.) Видите ли, это всего только запись мыслей и переживаний очень молодой девушки, и, следовательно, это предназначено для печати. Вот когда мой дневник появится отдельным изданием, тогда непременно купите его. Но прошу вас, Эрнест, продолжайте. Я очень люблю писать под диктовку. Я дописала до «предельного совершенства». Продолжайте. Я готова.
АЛДЖЕРНОН (несколько озадачен). Хм! Хм!
СЕСИЛИ. Не кашляйте, Эрнест. Когда диктуешь, надо говорить медленно и не кашлять. И к тому же я не знаю, как записать кашель. (Записывает, по мере того как Алджернон говорит.)