Дэнтон понял, что новой драки не предвидится. Он молча ждал, что будет дальше. Смуглый, очевидно, приискивал слова.
— А я бы… сказал… к примеру… так… — выговорил он, наконец, потом замолчал — и, явно, подыскивал слова.
— А я бы… сказал… к примеру… так…
И вдруг он оборвал эту тягучую увертюру.
— Моя вина, — воскликнул он и положил свою грязную руку на грязное плечо Дэнтона. — Ей богу, моя! А вы — человек благородный. И мне очень жаль, что так вышло. Вот это я и хотел сказать.
Дэнтон увидел, что этот человек — не только драчун и забияка, но в нем есть и кое-что другое. Он немного подумал и проглотил свою гордость, как нечто совершенно ненужное.
— Ведь я не хотел вас обидеть, — сказал он, — когда не взял вашего хлеба.
— Какая обида? — подхватил смуглый тотчас же. — Ведь я понимаю. Но только вышло это перед Беляком и его подлецами, ну и пришлось пойти в кулаки.
— И я, — заговорил Дэнтон, — я тоже дурак порядочный.
— Ага! — сказал смуглый с видимым удовлетворением, — вот это правильно. Руку!