И первый полицейский, быстро шагнув вперед, ударил кочергой по направлению голоса; но Невидимый, вероятно, успел увернуться, и кочерга попала в стойку для зонтиков.
Полицейский едва устоял на ногах, ошеломленный силой собственного удара, и в ту же минуту топор стукнул его по голове, приплюснув каску, и он кубарем вылетел на кухонную лестницу.
Но второй полицейский прицелился кочергой за топор и попал во что-то мягкое; что-то щелкнуло, раздался громкий крик боли, и топор упал на пол. Полицейский опять ударил по пустоте и не попал ни во что, он наступил на топор и ударил еще раз, потом встал, держа кочергу на плече, и весь насторожился, пытаясь уловить какое-нибудь движение.
Он услышал стук окна в столовой и быстрые шаги. Товарищ его приподнялся и сел; кровь текла у него по виску.
— Где он?
— Не знаю… Я попал в него. Стоит где-нибудь в передней, если только не прокрался мимо тебя. Доктор Кемп!.. Сэр!
Второй полицейский с трудом поднялся на ноги. Вдруг с кухонной лестницы донеслось осторожное шлепанье босых ног. «Ух!» — и первый полицейский швырнул на лестницу кочергою. Она разбила маленькую газовую лампу.
Он бросился было вдогонку Невидимому, но раздумал и вошел в столовую.
— Доктор Кемп… — начал он и запнулся. — Доктор Кемп — герой, — сказал в ответ на взгляд, который товарищ бросал ему через плечо.
Оно столовой было открыто настежь: и горничной, ни Кемпа не было видно.