Онъ бросился было въ догонку Невидимому, но раздумалъ и вошелъ въ столовую.
— Докторъ Кемпъ… — началъ онъ и запнулся. Докторъ Кемпъ — герой, — сказалъ въ отвѣтъ на взглядъ, который товарищъ бросалъ ему черезъ плечо.
Оно столовой было открыто настежь: и горничной, ни Кемпа не было видно.
Мнѣніе второго полицейскаго о докторѣ Компѣ было изложено имъ въ весьма опредѣленныхъ и энергичныхъ выраженіяхъ.
XXVIII
Травля ловчаго
Мистеръ Гиласъ, владѣлецъ ближайшей отъ Кемпа виллы, спалъ въ своей бесѣдкѣ, когда началась осада Кемпова дома. Мистеръ Гиласъ былъ одинъ изъ того крѣпкоголоваго большинства, которое отказывалось мѣрить «всему этому вздору насчетъ невидимаго человѣка». Жена его, однако, какъ ему пришлось впослѣдствіи припомнить, вздору этому вѣрила. Онъ, какъ ни въ чемъ не бывало, вышелъ въ садъ гулять и по своей многолѣтней привычкѣ, заснулъ въ два часа, проспалъ все время, пока происходило битье оконъ, и вдругъ проснулся со странной увѣренностью, что что-то неладно. Взглянувъ на домъ Кемпа, протеръ глаза и опять взглянулъ. Потомъ спустилъ ноги на землю и сѣлъ прислушиваясь. Помянулъ чорта, но странное зрѣлище не исчезало; домъ имѣлъ такой видъ, какъ будто его забросили уже давнымъ-давно, послѣ страшнаго погрома: всѣ окна были разбиты и всѣ они, кромѣ оконъ въ кабинетѣ бельведера, были слѣпыя отъ закрытыхъ внутри ставней.
— Готовъ поклясться, что все было благополучно, — онъ взглянулъ на часы, — всего двадцать минутъ назадъ.
До него доносились издали мѣрные удары и звонъ стекла. Мистеръ Гиласъ сидѣлъ, въ изумленіи разинувъ ротъ, какъ вдругъ случилось нѣчто еще болѣе странное: ставни въ столовой распахнулись, и въ окнѣ появилась горничная, одѣтая какъ будто для прогулки и отчаянно старавшаяся поднять раму. Вдругъ позади нея показался еще кто-то, помогавшія ей; это былъ самъ докторъ Кемпъ! Еще минута, — и окно открылось, горничная вылѣзла изъ него, бросилась бѣжать и исчезла въ кустахъ. Мистеръ Гиласъ всталъ, издавая неопредѣленныя и страстныя восклицанія по поводу всѣхъ этихъ удивительныхъ событій. Онъ видѣлъ, какъ Кемпъ влѣзъ на подоконникъ, выпрыгнулъ изъ окна и почти тотчасъ мелькнулъ въ кустахъ. Бѣжалъ Кемпъ скрючившись, какъ будто стараясь не быть замѣченнымъ, исчезъ за кустомъ ракиты, показался опять, перемахнулъ черезъ заборъ, выходившій на открытыя дюны, въ одно мгновеніе и, сломя голову, понесся внизъ по косогору къ мистеру Гиласу.
— Боже мой! — воскликнулъ пораженный нѣкой мыслью мистеръ Билась. Это все тотъ скотина Невидимый! Значитъ, правда, въ концѣ концовъ.