Имперский дворец и его внутреннее убранство были в равной степени основаны на римских и персидских прообразах. Евнухи, строго охраняемые гаремы, стража, соглядатаи, сводники, шуты, поэты и карлики окружали особу Повелителя; каждый по-своему старался заслужить благосклонность владыки, отвлекая державный ум от забот о процветании государства. А в это время посредническая торговля с Востоком вливала золото в Багдад, дополняя другие значительные денежные потоки. Прежде всего это были поступления от военной добычи, ее приносили в столицу предводители победоносных захватнических отрядов, которые опустошали Малую Азию, Индию и Туркестан. Казавшийся бесконечным поток рабов-тюрок и византийских монет увеличивал богатства Халифата.

Все это в сочетании с оживленными торговыми потоками на караванных путях, центром которых был Багдад, привело к появлению обширного и влиятельного класса богачей, состоявшего из сыновей полководцев, чиновников, землевладельцев, царских фаворитов, торговцев и т. д. Эти люди поощряли искусства, литературу, философию и поэзию, когда на это у них было настроение; они строили для себя роскошные дворцы, соревновались друг с другом в роскоши своих развлечений, вдохновляли поэтов-льстецов сочинять им панегирики. Они были не прочь сами, пусть дилетантски, поупражняться в философии, поддерживали различные философские течения, щедрой рукой раздавали деньги направо и налево — в сущности вели себя так, как и всякий богатый во все века.

Аббасидская империя в дни Гаруна аль-Рашида определенно была слаба и уязвима. И пусть читатель не сочтет это утверждение нелепицей, учитывая, что в моем описании империя представлена упорядоченной и устоявшейся с административной стороны, ее армия — боеспособной, а богатства — неисчерпаемыми. К этому предположению меня привело то, что

Аббасидская империя утратила связь со всем, что было жизнеспособного и исконного в исламе, и зиждилась на восстановленных обломках империй, разрушенных исламом. В этой империи не было ничего, что взывало бы к высшим чувствам народных лидеров. Священная война выродилась в систематическое ограбление соседних земель. Халиф превратился в роскошного императора или Царя царей, правительство из патриархального стало бюрократическим. Зажиточный класс стремительно утрачивал последние остатки веры в государственную религию. Созерцательная философия и роскошная жизнь заняли место правоверности Корана и арабской простоты. Единственное, что еще могло удержать империю от развала — простая и строгая мусульманская вера,— было в полном небрежении и у халифа, и у его советников... Сам Гарун аль-Рашид охотно прикладывался к чаше с вином, его дворец был украшен разными изображениями птиц, зверей и людей...

На какой-то миг нас завораживает величие Аббасидской державы, но вдруг мы понимаем, что это всего лишь яркая обертка, скрывающая прах и пепел мертвых цивилизаций» .

Гарун аль-Рашид умер в 809 г., и его великая империя немедленно скатилась к хаосу и гражданской войне. Следующее значительное событие в этом регионе происходит двумя столетиями позже, когда турки** под предводительством великой семьи Сельджукидов (от имени их вождя Сельджука, жившего в X в.), хлынули на юг из Туркестана и завоевали не только Багдадский халифат, но также и Малую Азию. Туркам, которые наступали с северо-востока, оказалось по силам обойти Таврские горы, которые до этого сдерживали мусульман.

Турки помогли исламу возродиться в новом величии, и они снова обратили усилия мусульманского мира в сторону религиозной войны с христианскими державами. На какое-то время между этими двумя великими религиями установилось перемирие, после остановки мусульманской экспансии и с упадком Омейядов. Военные действия, которые происходили между христианством и исламом, представляли собой скорее приграничные конфликты, чем продолжительную войну. Только в XI столетии противостояние двух религий снова приобрело характер жестокой и фанатичной борьбы.

8

Нам, в продолжение этой темы, предстоит рассказать о турках и крестоносцах, о великих войнах, которые начались между христианским миром и исламом и которые оставили по себе совершенно безумную нетерпимость между этими великими мировоз-

СайксМ. Последнее наследие халифа.