Экспедиция отплыла из порта на востоке Южного Китая. Они надолго задержались на Суматре и в Южной Индии, и в Персии оказались после путешествия, продлившегося два года. Они в целости и сохранности доставили молодую даму преемнику Аргуна, который уже скончался к тому времени, и она вышла замуж за сына Аргуна. Поло же после этого отправились через Тебриз в Трапезунд, выплыли в Константинополь и вернулись в Венецию около 1295 г.

Рассказывают, что одетых в татарские халаты путешественников даже не пустили в их собственный дом. Не сразу им удалось объяснить, кто они такие. Но и после этого многие продолжали смотреть на них искоса, как на бродяг-оборванцев, истративших свое состояние в чужих краях. Чтобы развеять эти сомнения, Поло устроили пышный пир. Когда же празднество было в самом разгаре, они приказали принести свои старые халаты на плотной подкладке, отпустили слуг и распороли эти одежды, и — невероятное зрелище! — «рубины, сапфиры, карбункулы, изумруды и бриллианты» хлынули оттуда водопадом перед глазами потрясенной компании. Но и после этого рассказы Марко о размерах и населении Китая встречали с плохо скрываемой насмешкой. Острословы даже придумали ему прозвище «Миллион» (// Milione), потому что он вечно говорил о миллионах людей и миллионах дукатов.

Эта история заставила людей затаить в удивлении дыхание, сначала в Венеции, а затем по всему Западному миру. В европейской литературе, и особенно в европейском романе XV столетия, слышны отголоски имен из истории Марко Поло, названия Катай, Канбалук и так далее.

4

Путешествия Марко Поло были предвестием основательного взаимного общения. В ту эпоху Европа уже начинала открывать для себя новые духовные горизонты, значительный вклад в это принадлежит и книге путешествий Марко Поло. Прежде чем мы продолжим, однако, нужно рассказать о любопытном побочном результате великих монгольских завоеваний, появлении турок-османов у Дарданелл и далее в общих чертах изложить, как происходило самостоятельное развитие отдельных частей империи Чингисхана.

Турки-османы были немногочисленными беглецами, которые ушли на юго-запад, спасаясь от первого вторжения Чингис-

хана в Западный Туркестан. Они проделали долгий путь из Средней Азии, через пустыни и горы, через края, населенные иноплеменниками, в поисках новых земель, где они могли бы осесть и поселиться.

«Маленькая группа никому не известных пастухов, — пишет Марк Сайке,— беспрепятственно прошла через княжества, империи и державы. Где они становились лагерем, куда они шли, спасая свои стада и отары, где они находили пастбища и как им удавалось находить мир с различными правителями, через владения которых они проходили.-— обо всем этом остается только догадываться».

Наконец, они нашли пристанище и благоприятное соседство на плоскогорьях Малой Азии среди родственного народа — турок-сельджуков. Этот край, современная Анатолия, к тому времени был преимущественно турецким по языку и мусульманским по религии, если не считать значительной доли греков, евреев и армян в городском населении. Несомненно, кровь разных народов текла в жилах людей этого края — хеттов, фригийцев, троянцев, лидийцев, ионийских греков, киммерийцев, галатов и италиков (со времен Пергама), но они давно позабыли о своих древних корнях. Они представляли собой смешение древних средиземноморских народов, нордических ариев, семитов и монголов (такими были и обитатели Балканского полуострова), но они верили, что они принадлежали к чистой туранской расе и во всем превосходили христиан по другую сторону Босфора.

Постепенно турки-османы приобрели вес и стали главенствовать среди мелких княжеств, на которые распалась империя Сельджукидов. Их отношения со все более уменьшавшейся империей Константинополя оставались на протяжении нескольких столетий умеренно-враждебными. Османы не предпринимали нападений на Босфор, но через Дарданеллы — путь Ксеркса, а не Дария — они с упорством приступили к покорению Македонии, Эпира, Югославии и Болгарии.