— Они должны знать на много больше нас, чем мы, или, по крайней мере, знать много такого, чего мы не знаем.
— Да, но… — Я на минуту запнулся. — Думаю, вы вполне согласитесь со мною, Кавор, что вы человек исключительный.
— Как?
— Ну, вы… вы человек одинокий, то-есть были таким… Вы не женаты?
— Никогда не чувствовал к тому желания. Но почему вы заговорили об этом?
— И вы никогда не бывали богаче, чем в настоящее время?
— Никогда не имел и такого желания.
— Вы стремились лишь к знанию?
— Так что ж! Некоторое любопытство вполне естественно…
— Вы думаете? Вы думаете, что ум каждого человека жаждет познаний? Помню однажды, когда я спросил у вас, к чему вы делаете все эти изыскания, вы отвечали, что вам хотелось бы стать академиком, членом королевского общества, хотелось бы приготовить вещество, названное «каворитом», и тому подобное. Вы ведь отлично знаете, что занимались своими исследованиями вовсе не ради этого; но в то время мой вопрос захватил вас врасплох, и вы чувствовали, что надо указать какую-нибудь достаточно побудительную причину. На самом же деле вы производили все изыскания лишь потому, что это неодолимая потребность вашего ума.