Я чувствовал себя сконфуженным. Я попытался рассказать им то, что видел, и не мог. Они все время смеялись над моей бессвязной речью.
— Вы еще услышите об этом, — сказал я и пошел домой. Дома жена моя испугалась, увидя мое осунувшееся лицо.
Я прошел в столовую, сел и выпил немного вина. Когда пришел в себя, я рассказал жене то, что видел. Обед, состоявший из холодных блюд, остался нетронутым на столе во время моего рассказа.
— В одном я могу тебя успокоить, — сказал я, видя ее волнение, возбужденное моим рассказом: — это самые неповоротливые существа, которых я когда-либо видел. Они могут завладеть ямой и убивать всех людей, которые подойдут к ним близко; но вылезть из нее они не смогут… Но какие они ужасные!
— Не говори, милый! — сказала жена, сморщив брови; она положила свою руку на мою.
— Бедный Огильви, — проговорил я. — Подумать только, что, может быть, он лежит там мертвый…
Моя жена, по крайней мере, не нашла мой рассказ неправдоподобным. Но, заметив, как она побледнела, я круто оборвал свою речь.
— Они могут прийти и сюда, — повторила она несколько раз.
Я заставил ее выпить вина и старался успокоить.
— Они еле могут двигаться — сказал я.