— Мне тоже. У меня нет ни одного стула, вам придется выбирать между полом и постелью при свете неба. И вы очень меня обяжете, если сначала снимете с себя все мокрое и вытретесь полотенцем. Вы разденетесь здесь или хотите пойти в ванную? Нет, нет, раздевайтесь обязательно здесь, и ложитесь в постель под стеклянной крышей, и смотрите вверх на облака, несущиеся там, как вереница гигантских роз. Они подсвечены неоновыми огнями города. Но мне хочется думать, что они светятся изнутри. На вас и не надето почти ничего, снимайте все, я вытру вас полотенцем.
— Я могу сам, даже одной рукой.
— Я знаю, что вы можете, но не отнимайте у меня этого — удовольствия.
— Чего?
— Удовольствия. Я профессиональная медсестра, так что можете не чувствовать стеснения.
— Я и не чувствую. Я вообще мало чего чувствую. Как профессиональная медсестра, вы можете мне это объяснить?
— Ложитесь под стеклянную крышу, и я попытаюсь объяснить. Мне кажется, это связано с — до того, как вы потеряли руку, вы чувствовали больше?
Олли издает неясный звук.
— Вы сказали да или нет?
— Да. Конечно.