нам приходится переводить описательно:
Красавец с неистовой глоткой, —
ибо нельзя же сказать: «неистово-глоточный красавец»!
И там, где у Уолта Уитмана фраза из трёх слогов:
Bat-eyed priests
(бэт-айд пристс), —
по-русски приходится ставить целых двенадцать слогов:
Священники с глазами летучих мышей.
Это в четыре раза удлиняет строку и убивает весь её ударный эффект, а «летучемышеглазые священники» по-русски, к сожалению, немыслимы.
Для того чтобы сделать ритмику своего перевода более близкой к ритмике подлинника, я считал необходимым жертвовать иногда некоторыми менее ценными словами и фразами, то есть делал то, что делают все переводящие поэтов стихами. Думаю, что это единственный метод, ибо при подстрочном переводе стихи Уитмана становятся прозой, нисколько не похожей на подлинник.