Неизъяснимой, неизъясняемой мудростью тогда я исполнен,
тихо сижу и молчу, ни о чём уже больше не
спрашиваю,
Я всё же не в силах ответить на свои вопросы о смерти и
о будущей жизни за гробом,
Но что мне за дело тогда, сижу или хожу, я спокоен,
Кто держит меня за руку, тот утолил мои тревоги вполне.
Запружены реки мои
Запружены реки мои, и это причиняет мне боль,
Нечто есть у меня, без чего я был бы ничто,