начинаю.
Маяковский в «Облаке в штанах» повторяет этот эксцентризм:
Иду красивый, двадцатидвухлетний.
Молитва о том, чтобы мальчики стали отцами, «а девочки забеременели», которую Маяковский произносил пародийно-набожным басом диакона, тоже ведёт, как мне кажется, своё происхождение от Уитмана.
Ещё большее влияние Уитмана сказалось в поэме «Человек», где есть такие уитманские строки:
…если весь я —
сплошная невидаль,
если каждое движение моё —
огромное,
необъяснимое чудо.