- Выполнять бы мне и до сей поры твоего отца приказы на железном колу, если б не Иван Голык. Все это делал он, а не я.
Тут она и виду не показала, что разгневалась, но сразу же куда-то вышла.
А Иван Голык сидит себе дома, ни о чем не тужит, - и вдруг к нему княгиня летит.
Вынула вмиг из-под полы полотенце с золотыми кружевами и как махнет тем змеиным полотенцем, так надвое его и разрубила: ноги здесь остались, а туловище с, головой проломило крышу и упало за семь верст от дома. Вот, упав, и говорит он:
- Ах ты, окаянный сын! Никак я не думал, чтобы ты признался! А ведь я-то как просил, чтоб до семи лет ты жене не доверялся! Ну, теперь я пропал, но пропал и ты!
Поднял он голову, сидит в лесу. Вдруг видит - гонит безрукий человек зайца. Вот-вот нагонит! И гонит он прямо на Ивана Голыка. Подбегает заяц, а Иван Голык и поймал. Вот и задрались между собой. Тот говорит: «Мой заяц!», а тот говорит: «Нет, мой!» Дрались-дрались - ни тот, ни другой не одолеет. Тогда безрукий говорит:
- Довольно нам драться, а давай вывернем дуб, и кто кинет его дальше, тому и заяц достанется.
Говорит безногий:
- Ладно!
Вот безрукий подкатил безногого к дубу; тот вывернул дуб и дал безрукому. Безрукий лег, да как кинет ногами, так дуб за три версты и упал. А кинул безногий, то за семь верст упал. Вот безрукий и говорит: