— Знаешь, какую он плату за свою музыку спросит?
— А какую?
— Вот это колечко, что я тебе на палец надел. Ты только смотри, не пугайся: как попросит у тебя цыган колечко, сними его с пальца, подай мне. Будешь подавать — оброни, будто невзначай, кольцо на землю. Тут я рассыплюсь маковым зерном, а ты наступи на самую крупную зернину ногой и не сходи с места. Да еще раз говорю, ничего не пугайся, а оробеешь — больше тебе меня не видать.
Подошел цыган и требует плату — колечко с невестиного пальца.
Сняла молодая колечко, подает мужу, да, будто ненароком, и обронила кольцо на пол. Рассыпался тут царский зять маковым зерном. Царевна и наступила ногой на самую крупную зернину.
Цыган выпустил из себя цыплят, стали они мак собирать в кучу. Видит цыган, что дело медленно подвигается, сам обернулся наседкой и — ну крыльями хлопать. Тут жених царевны превратился в орла и заклевал всех цыплят и наседку.
Когда вся нечисть пропала, обернулся орел снова человеком. Стали молодые обниматься да целоваться, наверное, и до сих пор целуются-милуются, если не померли.