Вероятно, я выглядел довольно забавно. Сергей был доволен, глаза искрились.
— Со школьной скамьи, — начал он, — меня занимала мысль о новом в живописи. Темпы прогресса растут. Мы живем в эпоху великих преобразований. Наука, техника, культура нашей страны достигли высокого совершенства и открыли перед людьми новые беспредельные горизонты.
Быстро взглянув на меня и убедившись в полном внимании, он продолжал:
— Наши художники работают над созданием произведений, достойных нашей великой эпохи. Кисть, палитра и холст испытаны столетиями. Они — замечательные орудия живописцев. Но… не пора ли подумать и об обновлении оружия?
Сергей взволнованно прошелся из угла в угол.
— Рассматривая любимые картины, мне хотелось увидеть изображение в движении, хотелось видеть мысль художника, воплощенной в более реальные образы.
Остановившись у окна, Сергей открыл штору. Лунный пейзаж ожил. Небо начало бледнеть.
— Как осуществить мечту, я не знал. Урок химии, интересные реакции с индикаторами подали мысль. Капля иода окрашивала раствор крахмала в синий цвет. Синяя лакмусовая бумажка в присутствии кислоты превращалась в красную. Явилась идея. Осуществить ее удалось с помощью фотохимии.
Я покосился на картину: по светлой зелени деревьев прыгали солнечные зайчики. Желтые? Нет! Настоящие, светящиеся.
— Известно также, — Сергей добродушно улыбнулся, заметив мой взгляд: — солнечный свет обязателен при фотохимических реакциях. Мое внимание привлекли щелочно-галоидные соли. Под действием ультрафиолетовых лучей, содержащихся в солнечном спектре, кристаллы хлористого натрия желтели, бромистого калия — синели. Соли не удалось использовать. Реакция шла медленно. Тем временем техника изобразительного искусства сделала шаг вперед. Появилась, теперь широко известная, люминесцентная живопись. Но я искал другого.