Дик прикрыл рукой лицо, стараясь сконцентрировать мысли.
— Вы когда-нибудь видели этого кочующего Селфорда?
— Только один раз, когда он еще был мальчиком и ходил в школу. Он написал мне письмо, и я до сих пор его храню. Я покажу его вам, если вам это необходимо. Вы так заинтересовались лордом Селфордом?
— Да, очень! — ответил он категорично.
Женщина вышла из комнаты и возвратилась с маленькой деревянной шкатулкой, из которой вынула несколько писем и одно из них положила перед Диком. Оно было из Берлина и датировалось апрелем 1914 года:
«Дорогая тетушка! Я столько лет вам не писал и не давал о себе знать, что сейчас даже стыдно писать вам. Но, зная ваш интерес к необычным изделиям из фарфора, посылаю вам почтой эту старую пивную кружку из Германии. Она пятнадцатого века. Любящий вас Пирс».
Подпись была такой же, какую Дик видел в бюро мистера Хейвлока.
— Конечно, я ему не тетя, — сказала миссис Ленсдаун, продолжая что-то искать среди писем. — На самом деле я ему троюродная сестра. А вот еще письмо!
Письмо, как заметил Дик, было послано из гостиницы в Коломбо всего год назад:
«Я достиг большого прогресса в подготовке своей книги, хотя абсурдно называть набор не связанных между собой заметок, каковой она является в настоящее время, таким громким титулом. Не могу передать вам, как обеспокоило меня сообщение о ваших бедах. Могу ли я что-нибудь сделать для вас? Только прикажите! Пожалуйста, свяжитесь с мистером Хейвлоком и покажите ему мое письмо. Я ему уже написал, чтобы он выдал вам столько денег, сколько вам потребуется!»