Спустя несколько минут Дик откланялся и зашагал к площади Бедфорд. Пару раз он оглянулся. По другой стороне дороги, отстав ярдов на двадцать от Дика, по улице шел прохожий. Непосредственно за Диком шел другой прохожий. На углу площади Бедфорд стояло такси, и водитель настойчиво приглашал его сесть, но Дик отклонил приглашение. Сегодня ночью он не хотел рисковать. Он мог бы померяться силами с этими двумя преследователями, но неприятность, ожидающая его в подозрительном такси, могла оказаться намного серьезней.
Вдруг он увидел такси, идущее навстречу, остановил его, сел и доехал на нем до привокзальной гостиницы. Через заднее стекло машины он видел другое такси, следовавшее за ним. Когда у входа в гостиницу Дик расплачивался с водителем, краешком глаза он заметил, что то, второе, затормозило неподалеку и из него вышли двое. Дик заказал номер, отдал носильщику квитанцию в камеру хранения и ускользнул через боковой выход прямо на вокзальную платформу. Когда он выскочил на нее, поезд уже тронулся. Пробежав немного, Дик открыл дверь проходящего вагона и запрыгнул в него.
Насколько он знал, это должен был быть «Шотландский экспресс», первая остановка которого будет рано утром, где-то неподалеку от Кру. Но, к счастью Дика, это был местный поезд, и в Уиллесдене он смог выйти, оплатив проезд. Спустившись к электростанции, он вышел на набережную спустя час после того, как покинул квартиру Ленсдаун.
В сотне ярдов от станции находилось мрачное здание с крытой аркой, которое и было конечной целью путешествия Дика. Дежурный констебль у входа узнал его.
— Инспектор Снид наверху, если он вам нужен, мистер Мартин, — сказал он.
— Мне пока никто не нужен, — ответил Дик, поднимаясь по каменной лестнице и шагая через две ступени.
Снид сидел в своем кресле с видом безучастного ко всему человека. Старший комиссар сказал как-то о нем, что капитан сочетает в себе буйное воображение школьницы с физической немощью прикованного к постели восьмидесятилетнего старика.
Итак, Снид сидел в своем большом кресле за широким письменным столом; в отделанном кафелем камине горел огонь; потухшая сигара торчала в зубах. Снид клевал носом. В этот поздний час он оказался в Скотлнд-Ярде потому, что у него не хватило энергии подняться из кресла и пойти домой в семь вечера. Такое бывало с ним в среднем пять раз в неделю.
Открыв глаза, он наблюдал за вошедшим, не выражая особой благосклонности.
— Я чертовски занят, — проворчал он. — Могу уделить тебе не более одной минуты.