— Прямо сейчас. Мэри пригласили на ужин.
— Мистер Вирт? — тонко улыбнулся Моран.
— Я думал, вы о нем не слышали.
— Только что вспомнил. Это тот тип, который устраивает для актеров вечеринки. Я и сам когда-то устраивал их — это только кажется красивым, внутри сплошная гниль! Раз вы домой, пойду вместе с вами и еще раз полюбуюсь вашим непревзойденным изобретением международного значения.
Лео Моран частенько и по любому поводу говорил с иронией. За это, собственно, его недолюбливали в обществе. И Дик Алленби, чувствительный, как и все изобретатели, к любой, даже дружеской насмешке, почувствовал раздражение. Но он простил банкиру его ехидство за все, что было у того сказать о Джерри Дорнфорде.
— Это подонок! — убежденно заявил Моран. — Почему я так думаю, сказать не могу — не имею права разглашать тайны банковского вклада. Завтра у меня с ним как раз состоится разговор. От одной этой мысли настроение портится…
Джентльмены взяли такси. Вечер выдался теплым, но очень туманным. Автомобиль медленно двигался в веренице машин.
— Кстати сказать, — заговорил Дик, — вы напомнили мне, что надо сделать одно важное дело: прийти домой и разрядить ружье. Собирался провести опыт — прострелить специальной пулей стальную плиту, да так и бросил. А ружье хватило ума оставить заряженным… О, да здесь совсем ничего не видно!
Туман настолько сгустился, что при подъезде к дому водителю пришлось двигаться вдоль бордюра чуть ли не наощупь.
Маленький лифт был также погружен во тьму, и даже после того, как Дик щелкнул выключателем, свет не появился. Он шагнул в лифт и что-то раздавил ногой, раздался громкий хлопок. Мужчины вздрогнули.