Столовые возвышенности большой земли, куда едем, расположены более или менее обособленно, их наружные, обращенные к берегу, северные и западные склоны круты, местами обрывисты, внутренние пологи, «незаметно сливаясь с общим рельефом.
Ближе к берегу дорога стала лучше, а то мы уже стали беспокоиться: по такому пути, какой был, далеко не уйдешь.
Проехав километров шесть, нашли изгрызенную — конечно, песцами, больше здесь некому — нижнюю челюсть медведя, а километрах в двух-трех сухую головку желтого альпийского мака. Стало быть не такая она уже безжизненная, эта Северная Земля. На снегу видны кое-где красные полосы, принятые мною за «красный снег». Это явление широко распространено на севере, оно обусловлено массовым развитием особых одноклеточных водорослей характерного пурпурного цвета. Однако при ближайшем рассмотрении в данном случае окраска оказалась обязанной не им, а частицам красной пыли, принесенной восточными ветрами с земли. Такой цветной снег был замечен еще утром, то есть километрах в пятнадцати от берега, а километрах в 8–6 он занимает местами сплошные площади в несколько гектаров.
Лагерем остановились у подножия невысокого отлогого берега. Судя по плотному утрамбованному снегу и мощным застругам, от гор с востока здесь дуют сильные ветры, почему свою палатку сегодня мы укрепили особенно хорошо.
В общем от дома, согласно показаниям одометра, проехали 68,98 км, а от конца острова Среднего 55,28 километра, Таким образом в данном месте Северная Земля оказалась отстоящей от островов С. Каменева, примерно, на 50 км по прямой.
Собак после трудной дороги накормили хорошо, дав трехкилограммовую банку на 4 пса, то есть по 750 г на каждого.
Небо, как остановились, снова заволокло тучами, так что предположенные астрономические наблюдения не удалось провести. Очень жаль, было бы весьма интересно точно определить наше местонахождение. Видно, придется это дело отложить до весты, когда ясных дней, несомненно, будет больше.
На другой день занялись изучением местности, Журавлев, конечно, поехал посмотреть, как обстоят здесь дела с охотой, ибо еще вчера усмотрел километрах в пяти от палатки к северу обширную полынью, Я и Ушаков пошли пешком исследовать берег. Погода пасмурная, довольно сильный восточный ветер, пурга поземка, и потому видимость, к сожалению, плохая.
Поднявшись по довольно пологому склону берега примерно метров на двадцать над уровнем моря, попадаем на террасу, здесь довольно ровную и хорошо развитую. Отсюда до подножия крутых склонов горы Серпа и Молота километра три, идет небольшой весьма постепенный подъем. Поверхность террасы сложена кирпично-красными суглинками, видимо ледниковыми; кое-где разбросаны эрратические валуны из красных и серых песчаников до метра в поперечнике, На одном из таких валунов видели извержения полярной совы из шерсти, когтей и зубов леммингов и экскременты песца. Растительность здесь на южных склонах летом, видимо, довольно богатая. Мы нашли много засохших цветов и плодов желтых маков, камнеломок и микроскопическую полярную иву.
Пурга еще усилилась, в море стоит сплошная стена тумана, очевидно там ветер гуляет во-всю, здесь же, под защитой горных склонов, пока несколько тише. Все же от путешествия к горам на сегодня пришлось отказаться.