Разбили палатку, но саней не развязываем и собак не отпрягаем, чтобы двинуться дальше при первой возможности. Тепло, на южном скате палатки, несмотря на то, что солнце скрыто облаками, тает снег, и мокрые струйки сбегают по полотну вниз. Все это внушает нам серьезную тревогу. Тепло может притти даже скорее, чем мы предполагаем, и захватить в дороге Журавлева.
Пурга стала чуть-чуть слабее, и мы немедленно тронулись дальше, хотя видимость очень плохая.
Пройдя еще километров пятнадцать, нашли, после некоторых поисков, верховья нужной нам речки и около нее стали лагерем.
Водораздел, где находимся, расположен на высоте 239 м над уровнем моря, согласно барометрическому определению. Рельеф очень мягкий с округленными, плавного очертания возвышенностями.
Долина речки Матусевича уже в 1–2 км от начала превращается в ущелье, настолько узкое, что ехать по нему совершенно невозможно, тем более, что оно в значительной степени забито рыхлым снегом, а сверху по бортам нависают солидные снежные карнизы, грозящие обрушиться. Поэтому пришлось искать более спокойное боковое ответвление, которым и вышли на главное русло километрах в восьми от начала речки. Здесь тальвег имеет метров сто ширины и врезан метров на сто ниже окружающей водораздельной равнины. Борта образуют отвесные скалистые обрывы до 40–50 м высотою, представляя непрерывный геологический естественный разрез, настолько интересный, что оказалось совершенно необходимым сделать остановку для пешего изучения не пройденного верхнего участка.
Разбили палатку, но собак не отпрягали, так как поедем дальше сразу же после окончания осмотра.
Сейчас, в полуденные часы, под защитой склонов солнце пригревает уже сильно. На южной стороне снег тает, журчат ручьи, а кое-где уже появились лужи талой воды. Еще день-два и на речке выступит вода, а снег, в долине стает, обнажив камни так, что движение на санях окажется невозможным. Мы, кажется, попали сюда во-время. Нужно спешить, времени остается в обрез, чтобы успеть проскочить на восточную сторону.
В противоположность спокойному залеганию свит, наблюдавшемуся ранее, здесь породы дислоцированы чрезвычайно сильно. Известняки, мергеля и доломиты с прослоями гипсов собраны в чрезвычайно сложные, прихотливо изогнутые, опрокинутые складки, великолепно наблюдаемые в береговых склонах. Во всех породах наблюдается раздробление вплоть до перетертости в порошок, так что местами получается беспорядочное месиво из обломочного материала, в котором ни отдельных пластов, ни их слоистости различить уже невозможно. Мощность перетертой раздробленной зоны — тектонической брекчии превышает местами 30 метров. Вверх по речке, благодаря тому, что общее падение свит идет здесь на запад, можно проследить, как постепенно складчатость затухает и мы незаметно переходим в область слабо складчатых пестроцветных толщ западного берега земли.
Русло речки в верховьях образует узкую щель, по которой с трудом можно пробраться даже пешком, так как оно сплошь завалено гигантскими валунами. Продольный профиль образует уступы и водопады, теперь еще, впрочем, замерзшие, а сверху склонов на высоте 30–40 м над головою висят огромные снежные надувы, грозящие обвалом.
Около полуночи, закончив осмотр, тронулись немедленно дальше. Километрах в двух справа в нашу речку падает довольно значительный приток. Среди вынесенного обломочного галечно-валунного материала в русле этого притока найдены довольно крупные куски красного железняка. Недостаток времени, однако, не позволил отправиться на поиски самого месторождения. Берега сложены круто, местами вертикально поставленными пластами вишневокрасных мергелей с прослоями зеленых, что придает всему ущелью весьма оригинальный колоритный характер.