За это же время, когда у юриного папы была конференция, сам Юра тоже кое-что сделал. Во-первых, он много думал о том, как его папа много вытерпел от белых. Затем он в школе познакомился с двумя мальчиками — Ваней и Сеней, у которых не было папы: их отца расстреляли белые за городом Архангельском, возле кладбища, там, где начинается моховое болото, или, как говорили тогда, — расстреляли на мхах.
Раньше этих мальчиков Юра как бы не замечал. Не приходилось с ними много говорить да и они вечно чем-нибудь были заняты — читали книги, работали в пионерском отряде.
Юрик быстро с ними подружился и первым вопросом, который они задали ему, было:
— Ты почему же не в отряде?
А Юрик и сам не знал, почему он не записан в отряд. Юрик долго придумывал, когда бы удобнее поговорить с папой и мамой об отряде.
Папа и мама у Юрика не были против отряда и частенько поговаривали о нем, но Юрик все отмалчивался, не интересовался и теперь ему было неловко начинать первому.
Случай представился после того, как папа рассказал историю о своем побеге с Острова Смерти.
— Итак, товарищи, собрание считаю открытым, — начал, смеясь, юрин папа, когда мальчики разместились на стульях по всем углам небольшой комнаты, одной из двух, занимаемых всей семьей товарища Иванова.
— Слово предоставляется хромому докладчику, т.-е. мне. Доклад о том, как во время оно я удрал от белых. Изменений и дополнений нет?
— Нет! Нет!! Нет!!! — в разноголосицу завопили ребята.