— Какая разница, что носят верблюды? Ты лучше скажи, как он мог оказаться посреди комнаты. Я же его только что в углу видел!
— Наверно… он ходит?.. — предположила Нюра.
— Как один сапог может ходить? Подумай! Ходить могут только два сапога. Ищи второй.
Они обшарили всю комнату, но второго сапога не обнаружили.
И тут в Юриной голове созрел план.
— Подумаешь, сапог! — сказал он вдруг очень громко. — Пусть идёт куда хочет. Куда хочет, туда пусть и идёт. Мало ли какие у них дела, у сапогов? А мы будем спать. Да, Нюра?
— Я не буду спать, — всхлипнула Нюра, не разгадав хитрого плана. — Я буду ждать маму.
Юре захотелось врезать непонятливой сестре как следует, но вместо этого он ласково прошипел:
— Ладно, Нюрочка, ложись со мной. Я скажу тебе три волшебных слова, и ты сразу уснёшь. Сразу уснёшь, понятно?
Через минуту дети лежали в темноте под одним одеялом и громко храпели. Так громко, что не слышали лёгкого сопения, кряхтения, торопливых коротеньких шагов… Услышали они только истошный крик. Вернее, писк. Вернее, что-то среднее между истошным криком и истошным писком: