Задней стенки у шкафа никогда не было. Но сейчас и в кирпичной стене, к которой он был прислонён, зияло отверстие. Из отверстия доносились радостные детские голоса.
— Ограбили! — прошептал Скупидонов.
Услышав шум, Барабашка мгновенно превратился в потёртый пятак.
— Ага-а!
Дети обернулись и увидели на месте портрета неизвестного мужчины лицо известного Скупидонова:
— Попались, голубчики! Засыпались! Бандиты, грабители, тунеядцы малолетние!.. С поличным!.. На месте преступления!!!
Остальное происходило как в страшном сне. Не желая слушать никаких объяснений, сосед перетащил своё барахло обратно в шкаф, прихватив заодно и потёртый пятак. Затем он привёл детей в свою комнату, запер снаружи на четыре замка и, позвонив в милицию, уселся в коридоре ждать участкового.
Ситуация была — хуже не придумаешь. У Юры дрожали ноги, руки, губы. Он лихорадочно искал выход, но выхода не было. Отчаянно хотелось зареветь.
— Не волнуйся, Юрочка, — сказала Нюра. — Мы всё объясним маме… Ведь её же пустят к нам в тюрьму?
— Что мы объясним, дура? — не выдержал брат. — Про Барабашку?!. Тоже мне, кладоискатель. В чужой шкаф залез. — Юра подёргал за ручку шкафа, но тот был предусмотрительно заперт на ключ.