Толпа голодных котов с интересом разглядывала мышонка.

– Кто его обидит, будет иметь дело со мной! – сказал Котаускас.

– И со мной! – добавил Афоня.

– И со мной! – пискнул Шустер.

И все засмеялись.

Прямо на причале разостлали скатерти. И пир начался. Коты ели так, что за ушами трещало.

– Хороша треска, вон как трещит! – заметил кто-то.

А поэт Васькин успел сочинить целую поэму. Поэма была длиной со скатерть. Но три строчки запомнили все:

– Грудь в тельняшке,

Хвост – трубой…