И выбросил круг за борт. В темноте он не заметил, что тот привязан верёвкой к поручням.
Когда на рассвете коты подошли к яхте, то ахнули: вместо КИТОБОЙ на борту получилось Котобой – с толстым спасательным кругом посередине…
– Вау! – воскликнул шатавшийся по берегу Шлында. В последнее время вместо «Мяу» в моду вошло говорить «Вау».
Котаускас попробовал отодрать круг, но тот намертво прилип к свежей краске.
– Оставь, капитан, – сказал Афоня. – Котобой – прекрасное название. Китобоев много, а мы такие – одни!
– Ладно, – кивнул Котаускас и бросил второй круг за другой борт. Для симметрии.
Свежий ветер надувал парус. И Котобой резал волну, как нож сливочное масло. Капитан стоял на мостике, крепко сжимая в лапах руль, а в зубах – трубку.
– Давно хочу спросить, – сказал Афоня. – Зачем тебе трубка, если ты не куришь?
– Отучаюсь от дурных привычек…
– А разве ты курил?