— Поеду драться с вашим тугнагаком.
— Ты слаб. Он убьет тебя!
— Неправда! Его не существует, поэтому он не может причинить мне вреда. Даже больной, я привезу мясо. Вам будет стыдно! Женщины будут смеяться над вами.
Видя, что меня не остановить, они, опустив головы, не сказав больше ни слова, разошлись по юртам. Там воцарилась гробовая тишина.
Поселок скрылся из виду. Я остался один среди снежных просторов. Не то от лучей медленно ползущего над самым горизонтом солнца, не то от слабости рябило в глазах. Мучительная боль грызла поясницу. Усталость охватывала все тело. Тянуло лечь на сани.
Когда же я найду зверя? Неужели придется пересечь весь остров? Ведь это значит несколько суток. Хватит ли сил?
Но на ловца и зверь бежит. Через четыре часа пути собаки подхватили легкие сани и, распаляясь охотничьим азартом, как стая волков, понесли по свежему медвежьему следу, а еще через час огромный зверь лежал у моих ног.
Победа? Нет, только половина! Торжествовать было рано. Наступил самый тяжелый момент. Надо было освежевать зверя. Лежа на снегу, корчась от боли, кусая губы, чтобы удерживать стон, обливаясь холодным потом и поминутно вытягиваясь на снегу для отдыха, я освежевал уже коченеющего на морозе медведя, втянул на сани шкуру и немного мяса. Но на большее был уже не способен. Кружилась голова. Оставляли силы. Направив собак на пройденный след, лег на сани и привязал себя ремнями. Последняя мысль была о том, чтобы собаки не встретили нового медведя и не потеряли след…
Очнулся я на третий день в своей постели. В комнате сидели эскимосы. Повидимому, они были здесь уже давно, так как все были без кухлянок и обнажены до пояса.
Заметив, что я пришел в сознание, охотники сгрудились около меня. Радость и ласка разгладила их суровые лица. Они заговорили об охоте и стали высчитывать, сколько надо заготовить мяса и жира, чтобы их хватило… на следующую зиму. Появились женщины и ребятишки. Мальхлютай — восьмилетний сынишка Кивьяна — притащил своего любимого трехмесячного щенка и под одобрительный смех присутствующих преподнес подарок, положив его прямо на мою грудь.