На палубе сильный ветер, холодно. Местами палуба покрыта снегом и сильно обледенела. Никого нет; у камбуза одиноко греется вахтенный. За бортом летит рой брызг. Нос поминутно зарывается в волну. Под убаюкивающее покачивание с мыслями о возвращении незаметно засыпаешь…
Медленно проходят сутки. На следующий день подходим к берегам Вайгача. У радиостанции стоит „Полярный“, который сигналами приветствует нас.
„Карбаса на воду“, — летит команда с капитанского мостика.
Та же спешная выгрузка продовольствия, топлива… Но здесь — на Вайгаче — как-то более уныло: нет того величия природы и гор, как в Маточкином Шаре. Остров сравнительно низменный; издали он кажется совершенно черным. Сама станция очень маленькая, мачта железная, складная, тоже маленькая. Белый домик создает странный контраст с окружающей природой.
Через день выгрузка кончена. Отдается команда: „вира якорь“. В брашпиле прорывается пар. На мостике капитан Клих. Звенит машинный телеграф: готовься — малый ход. Судно разворачивается. Стрелка переходит на „полный ход“. В кильватер за нами следует „Полярный“. Идем в Югорский Шар с восточной стороны Вайгача. Вскоре входим в полосу льда карского типа. „Таймыр“ с полного хода наскакивает на большую льдину. Ход сразу замедляется; нос медленно подымается вверх, а затем грузно садится на льдину. Лед разламывается и уходит в стороны и под судно. Проходим первую ледяную полосу, за ней вторая, третья и… так дальше. Наконец входим в довольно тяжелый лед. „Полярный“ несколько отстает. Сумеем ли проскочить в Югорский Шар?
Капитан уже давно в бочке (на верхушке мачты) и отдает беспрерывные приказания: вправо руля… влево руля… так держать… Каждая фраза скрепляется морским образным выражением.
Временами кажется, что „Таймыр“ уже совсем остановился, но лед медленно садится и дает трещины.
Это был последний лед, который мы видели в эту навигацию.
17 октября. Югорский Шар уже позади. Радиостанция здесь такого же типа, как на Вайгаче. Обе эти станции были построены незадолго до европейской войны.
Прошли Хабарово — главное самоедское поселение в этом районе. На борт взяли около полсотни молодых живых песцов для переправки на Колгуев. Они очень похожи на маленьких злых собачек — так же лают, постоянно лезут друг на друга. У большинства морда в крови. На Колгуеве с этого года открывается первый питомник для разводки песцов и остров объявлен заповедным. Охота на нем воспрещена.