Гена рассказал всё, что с ним случилось. И как Чебурашка снимал его на «Полароид», и как он сел на мотоцикл для фотографирования, и как его понесло. И как его вынесло на Ленинградское шоссе, и как его ловили сетью, и как он увидел свой портрет на доске «По ним плачет милиция».
– Нет, юристов здесь нет, – сказали ребята. – И телефонов тоже. Но мы вам поможем.
Они надумали спрятать крокодила Гену в старом сарае, а взрослым ничего не говорить. День-два продержать Гену там, а потом решить, что делать.
А может, ничего делать и не надо будет: в деревне всё само собой утрясается.
Они отвели крокодила Гену в далёкий окраинный деревянный сарай, притащили туда много охапок сена, много старых одеял, сухарей, сырой картошки, спичек и старый чайник.
И с тех пор стал Гена жить в старом сарае на берегу реки. И ребята кормили его по утрам: приносили ему всякую еду – творог, чёрный хлеб, молоко, яйца.
Гена учил ребят играть в крестики-нолики и в шахматы. Шахматы он самолично слепил из хлеба. И очень любил у противника съесть королеву как самую большую фигуру.
Иногда они ходили на речку купаться, и Гена катал ребят на спине.
А ещё он помогал ребятам удить рыбу. Он плавал по реке по разным заводям и говорил им, где больше рыбы скопилось.
Но всё это время он не переставая думал о Чебурашке. На второй же день Гена написал ему секретное письмо. Оно начиналось так: