Тут и солнце зашло за тучи, и темно и мрачно стало в синем сельском спортивном зале…
Через час я вещи сложил – и на станцию. Понял я, что мои отношения со Степой добром не кончатся.
И верно, как мне рассказала потом Майка Гаврилова, он в этот вечер изрядный дебош учинил. С дракой, с битьем оконных переплетов и другими драматическими моментами.
А еще через несколько дней я выговор получил и лишение премии за самовольный отъезд.
Стали профкомовцы Степин дебош разбирать и выяснили, что это я его подпоил. А сам он никогда в жизни про водку не слыхивал. Так, догадывался, что она есть и что компрессы из нее делают. А чтобы в рот – ни-ни! Ох, не люблю я этих матросиков.ГЛАВА N + 8 (Как я в цирк ходил)
– Я понимаю, – сказала бабушка, – в таких условиях трудно быть любимцем коллектива.
И тут зазвонил телефон.
– Алло. Мне нужен Иван Бултых.
– Я вас слушаю.
– Это Кичалова. Мне очень неприятно с вами разговаривать, но, по служебному положению, я обязана это делать. Значит, завтра в четыре часа…