– Привет, шут! Знаешь, где мне этот подарок вручили? В горкоме партии. И велели тебе передать со строгим выговором за шутовство в государственном учреждении. Что прикажешь делать?
– Ничего. Скажите, не на чем выговор писать – бумаги нет в городе.
Так и не расстался я с селедкой. Отдал дежурной по этажу. Через два дня бумаги в этом городе завались стало.
– Селедки не было! – вставил засекреченный босс.
– И селедка была. Только не было спокойствия в моей душе. Почему это мне влетело, а не товарищу Григорьеву Н. К. за такую безбумажную торговлю.
– Смотрите на него, Володя, смотрите внимательно. Этот человек недоволен своей судьбой. А у меня такое впечатление, что он имеет величайший блат не только на земле, но, может быть, и выше! Я все смотрю, когда он голову сломит, а ему все сходит с рук. И шутовство, и самодеятельность на арене, и пятое, и десятое, и одиннадцатое! Ну, ладно. В таких ситуациях, как с вашим Тихомировым, есть одно правило: враги. Его враги. Потому что они твои друзья. С них и надо начинать.
Умница босс! Я сразу подумал – ДЗЮРОВСКИЙ!
– Дальше! Как чиновник он неуязвим. На работу приходит, водку не пьет, не дерется, руководит. И ваш Циркконцерт, судя по прессе, процветает. Поэтому победить его можно не по социальным, а по моральным категориям. По деревенским, человеческим понятиям – плохой работник, ненадежный товарищ, только себя уважающий человек. И в этой ситуации, если ты просто удерживаешься, считай, что ты выиграл. Вы несовместимы. Раз ты остался, он рано или поздно уйдет. Поэтому переходи к обороне. И третье, сейчас каждая порочащая тебя информация для них на вес золота. Можешь опередить их. Дать им что-нибудь заглотать. Типа разгневанного заявления зрителей, родителей, пенсионеров или, как ты говоришь, широких общественных слоев общественности.
РАЗГНЕВАННОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ
общественности Аривидерского целинного края Ничерноземной средней полосы