Ему хорошо,
Да дома ему не сидится.
И вот он от бабушки
В город ушёл,
В милиции начал трудиться.
Он двадцать пять лет
За порядком следил,
Любому мешал преступленью.
На чистую воду
Он тех выводил,
Ему хорошо,
Да дома ему не сидится.
И вот он от бабушки
В город ушёл,
В милиции начал трудиться.
Он двадцать пять лет
За порядком следил,
Любому мешал преступленью.
На чистую воду
Он тех выводил,