Дядя Костя приводил в порядок участок. Красил стволы яблонь в белый цвет.
— Здравствуйте, дядя Костя! — закричала Люся. — А где интернатники?
— Не знаю я никаких интернатников! — хмуро ответил он.
— А где дир? Где Меховой Механик?
— Не знаю, девочка, о чем ты говоришь. Идите гуляйте себе отсюда. И без вас плохо.
— Ну и что? Ну и что? — забеспокоился Киселев. — Где ваши партизанские ученики? Где секретная школа с интернациональным уклоном? Я тебя, Тарасова, сейчас тресну!
Люся и Кира оставили Киселева с дедушкой у входа на участок, а сами медленно обошли дом. Никаких щелок, никаких надписей, никаких знаков…
На крыльце стоял зеленый потрепанный рюкзак с эвкалиптовым листом. И тут Люся услышала тоненькое пип-пип. Пип-пип — неслось из рюкзака. Люся подошла ближе. Чем ближе она подходила, тем сильнее кричал этот пип-пип. Видно было, что он настроен на Люсю. И вот в кармане рюкзака она обнаружила коробочку из стекла и металла. Коробочка сама открылась. Там лежала записка:
Дорогая Люся!
Мы уходим. Наверное, мы пришли слишком рано.