— Чудак ты! — успокаивал мальчика старый сосед. — Эти штучки не ворованные.
— Как не ворованные?
— А так. Там их целая свалка на заводе. Когда приборы испытывают на долговечность, на температуру, их после испытания разбирают на части и смотрят, как что работало. А потом разобранные части на заводскую свалку везут. Я их на свалке и подобрал. Так что, они не ворованные, милок. Это ведро ворованное. Я с завода все время ведра выношу.
— Почему ведра? Как ведра?
— А так. Я или краски наберу полное ведро и иду как маляр. Или земли с цветами возьму и шагаю будто я садовник, милок. Сторожа меня и пропускают. А потом я краску вылью, а ведро продам. Я ведь, милок, пьяница.
Взгляд у собаки Астры смягчился.
Во время этого сложного психологически-воспитательного разговора раздался звонок.
Володя открыл дверь и увидел пластмассового дедушку.
— Здравствуйте, уважаемые, — сказал Константин Михайлович. — Скажите, уважаемые, Удинцев В. здеся проживает?
— Здесь, — сказал мальчик. — Это я.