Он просто измучился. Никогда он людям имена не подбирал, разве что охотничьим собакам. И решил он так:
— Назову-ка я её Глафира. В честь горлицы.
На том они и поладили. Женился Федот и живёт себе с молодой женой, радуется, а службы не забывает.
Каждое утро ни свет ни заря возьмёт он своё ружьё, пойдёт в лес, настреляет разной дичи и отнесёт на королевскую кухню. Только горлиц он больше не трогал. Как-никак женины родственники.
(Работа тяжёлая и, что самое обидное, — бесперспективная.)
Видит жена Глафира, что от той охоты он весь измаялся, и говорит ему:
— Послушай, друг, мне тебя жалко. Каждый Божий день ты беспокоишься, бродишь по лесам да по болотам, завсегда мокрёхонек домой возвращаешься, а пользы нам нет никакой. Это что за ремесло!
Федот молчит, возразить ему нечего.
— Добро бы, — продолжает жена, — царь бы тебе сродственником был. Или уж болел бы, а дичью его лечили. А то ведь так: это царское баловство, а ты себя гробишь который год.
— А чего делать? — спрашивает Федот.