Сколько они ни кричали, всё без толку.
— Ну, господа, надул нас этот маклак! Теперь его чёрт найдёт! И остров пропал, и золотая беседка сгинула. Нехороший он человек!
Подняли они паруса и отправились, куда им надобно. И ещё долго стрельца чихвостили.
(Ведь если вдуматься, в чём-то они правы. Федот-стрелец и купцов надул, и двух старцев из горы без пропитания оставил. А им так хорошо жилось, у них даже ни одной кастрюльки не было.
Впрочем, в те времена хорошим тоном считалось стащить что-нибудь, обмануть кого-то, чужую вещь зажулить. И не только простой народ этим славился, но и большие начальники этим отличались. Хорошо, что это время кончилось.)
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ
у самовара
Быстро прилетел стрелец в своё государство. Опустил его Шмат-разум на берег моря. Кругом леса строевые, дубравы зелёные. Речка бежит.
Федот-стрелец разошёлся:
— Шмат-разум, нельзя ли здесь дворец выстроить для всех честных людей, то есть для нас с Глафирой.