– Опять дедушкины фокусы! – возмутился Ау. – Все. Завязываю. Никакого дедушкиного наследства! Не трону никаких его вещей!
Через день цветок еще вырос. Через день еще. Еще.
"Ложась спать, господин Ау не был уверен, проснется ли он.
"Пожалуй, он как-нибудь слопает меня. А я об этом даже не узнаю".
– Мне хочется есть! – постоянно твердил цветок.
Чем больше он рос, тем страшнее становился его голод. А чем больше он ел, тем быстрее рос.
"Скоро он, пожалуй, проглотит птенцов из гнезда над крыльцом", – испугался господин Ау.
Эти птенцы жутко верещали по утрам, не давая господину Ау спать. И он постоянно грозился, что бросит их в суп. Что ощиплет до последнего перышка. Что они долго будут кипеть и бурлить и еще очень долго будут помнить об этом. Но ему и в голову не приходило выполнить свои угрозы. А цветок мог сделать что хочешь. И манную кашу, даже на молоке, он есть не желал.
И как-то странно, примериваясь, он посматривал на дядюшку Ау, если дядюшка запаздывал с едой.
Он все время покрикивал;