Кашлянул Егор Иваныч и так же искренно проговорил:
- Но, должно быть, перст господень руководит нами... И указует... Считаю так в том смысле, что сделался из бунтовщика человеком общеполезным, следовательно, для польсы прочих... полезных сочленов...
Очевидно, его кто-то научил всему этому!" - с кажлск микутой убеждался я все более и Солее и продолжал слушать Егора со вниманием.
- Домотавшись Таким манерсм до тюрьмы, - следовательно, по случаю сопротивления властям (это и Сыло дело моих рук), встретил я там почтеннейшего и многоуважаемого господина Кузнецова. Видя во мне таланты, господин Кузнецов, по выходе моем из тюремного заключения, взял меня в кучера, и здесь, частию от собственного ышмания к его разговорам, частию чрез его наставления, я много и скоро все явственно понял... Просвещать "невсжлу" тем и полезно, что просвещение смиряет человека в его буйком невежестве... На меня вон кричат: "разбойник", - но за что? За то вот, что, состоя членом ссудного товарищества, отказываю несостоятельным; но кто понимает существо, - тот будет знать, что банковые операции связаны с общим порядком всей экономии отечества... И ежели рв. давать деньги, принадлежащие начальству, без отдачи, - то через это поколеблется всякое устроение, и все пойдет к дефициту! "Чем ты отдашь?" спрашиваю. "Мне отдать нечем". - "Ну, и ступай с богом". Не так ли?
- Так! - сказал я машинально.
- Говорят - разбойник! Ежели они бы понимали систему, тогда бы они поняли и должны бы знать, что...
Тут Егор Иваныч почему-то приостановился. Я помог ему выйти из затруднения и сказал:
- Если бы знали, что деньги без отдачи не даются.
- Да-с! Верно!
- Ну, - сказал я, - будьте здоровы, Егор Иванович, слава богу, что ваши дела идут хорошо.