— Интересно, кто его потерял? — задумчиво произнес мальчуган.
— Мало ли кто, — ответил Федотыч, снова склоняясь над котелком. — Приискатель, бродяга, охотник... Много всякого народу тайга повидала.
Он отвернулся от костра и кивнул на стоящее у лиственницы старое шомпольное ружье:
— Ведь этот дробовик тоже в тайге найден.
— В земле?
— Нет, — покачал головой дед. — Не успел его перегной скрыть. Нашли скелет человека, ружье, да сумку золота.
— Давно это было?
— Давно. Я еще парнем ходил.
Федотыч умолк. Долго смотрел он за реку, где дыбились дикие сопки, словно старался увидеть там следы забытой таежной драмы. Но сопки, как всегда, были угрюмы и неприветливы. Высокой зубчатой стеной тянулись они по берегу реки, скрывая горизонт, и солнце, казалось, вот-вот зацепится за острые вершины гольцов.
Дед вздохнул и, теребя пальцами седую бороду, начал: