Первым вскочил эвенк. Выслушав сбивчивый рассказ мальчугана, он схватил ружье и скрылся в темноте. Федотыч же, оглядевшись вокруг, недоверчиво спросил:
— Не приснилось?
Вместо ответа Сергей показал на окровавленный большой палец ноги.
— Наступил сапогом, — определил дед. И, торопливо меняя в стволах патроны, прошептал:
— Неужели все тот же бандит?
Увачан скоро вернулся. Указав рукой в верховья пади, он сообщил:
— Тула побежал. Слышно было.
Остаток ночи старатели не спали. Затоптав тлеющие головешки, они с ружьями спрятались в кустах. Тесно прижимаясь друг к другу, все трое чутко прислушивались к подозрительным шорохам.
В томительном напряжении тянулись предрассветные часы. Где-то монотонно скрипела сова, звенели рои комаров, шелестела в траве мышь. Каждый звук рождал тревогу. Казалось, что в темноте слышатся чьи-то осторожные шаги, что кто-то злой, страшный крадется к ветхому травяному шалашу...
Наконец, на востоке начали розоветь облака. Тьма уползла в кусты, поредела висящая над падью пелена тумана. В чистом воздухе дружно загремел птичий хор.