— Вы исключительно бездарный человек. За всю жизнь я не имел худшего подчинённого, — говорил Дасько.
— Вы сами не знаете, чего хотите, — огрызался Кундюк. — Я же вам сказал, что найти сейчас единомышленников нам трудно, почти невозможно.
— «Единомышленников»! — сморщился Дасько. — Слово-то какое подобрали! На кой чёрт мне нужны ваши единомышленники. Мне нужны люди, которые согласны получать доллары. Вы понимаете — доллары. А за доллары можно сделать всё, можно привлечь каждого.
— Вы не знаете здешних условий, — не соглашался Кундюк.
— Я знаю человеческую натуру, — ответил Дасько. — Она везде одинакова.
— Мне тоже кажется так, но иногда я начинаю думать, что мы с вами ошибаемся.
— Если кто и ошибается, то вы, а не я. Перестаньте рассуждать и слушайте. Вы должны искать. Искать людей с тёмным прошлым, недовольных советской властью, уголовных преступников. Будете говорить с ними сами и только после того, как убедитесь в их надёжности, приведёте ко мне. Не сюда, конечно, в другое, условленное место. Скажете им, что сейчас от них ничего не требуется, им придётся ждать своего часа — начала новой войны. Плату обещайте щедрую. Поняли?
— Да, — кивнул головой Кундюк.
— Тогда приступайте к делу. А то вы всё ноете и слоняетесь из угла в угол.
— Вы тоже как будто не особенно заняты, — не вытерпел Кундюк.