Недолго сиротки пожили одинокими. Через два дня из ближней деревни нагрянули гости-наследнички, дядя, да тетка с детками.
С первых же разов пошел шум и гам, дым коромыслом. Вся изба ходуном, хоть вон беги.
Деток наехало семеро. Старшему пареньку десятый годок, младшему - другой пошел, и стало тесно всем в горницах.
Ночью на печке лег сам, на кровати тетка с малышом. На полатях все детки приезжие. А Машутку с Васеной уложили на лавках. Лавки узенькие. Васена заснул, во сне разметнулся и на пол скатился. Испугался и заревел, но тетка быстро, словно кошка, соскочила с постели и костлявой, мозолистой рукой надавала ему таких шлепанцев, что бедный Васена, совсем ошеломленный, затих на полу.
Когда тетка улеглась, к нему спустилась Машутка, подостлала под него шубенку, под голову подушку, укутала, пригрела, и Васена, уткнув голову к ней в рукав, тихо, тихо начал рыдать и всхлипывать, а Машутка, зажимая ему рот, целовала его, приговаривая:
- Нишкни, нишкни, родный! Услышут, опять хлестать начнут.
И Васена, наконец, замолк и заснул как убитый, тихо вздрагивая и всхлипывая во сне.
А Машутка не спала вплоть до рассвета.
Прошло несколько дней, и упорная мысль окрепла в головке слепой девочки: "Бежать надо!"
С вечера Машутка припасла мешочки и бураки. Васена не спрашивал. Он догадался, зачем, куда собирается сестра.