6.2. Предвестником счастливого события стало также и пламя, вспыхнувшее над головой Луция Марция, собиравшегося выступить с речью. Он принял командование над двумя обессилевшими армиями в Испании после гибели Публия и Гнея Сципионов[45]Братья Гней и Публий Сципионы были разбиты войсками Гасдрубала и Магона, брата Ганнибала, в 212 г. О Луции Марции, принявшем командование, см. подробнее у Ливия (XXV.37–39), который сообщает также разные сведения о потерях карфагенян (XXV.39)., и вот, убежденные таким знамением, прежде сломленные воины вновь обрели отвагу и захватили два пунийских лагеря, битком набитые сокровищами, уничтожив в одном из них тридцать семь тысяч врагов и захватив большое число пленных.

6.3. Также, когда в ходе тяжелой и затяжной войны римляне не смогли захватить жителей Вей, согнанных внутрь городских укреплений, и особенно в тот момент, когда терпение и осаждающих, и осаждаемых уже истощилось, бессмертные боги чудесным знамением указали путь вожделенной победе. Внезапно Альбанское озеро вышло из берегов, уподобившись переполненной ванне, причем вовсе не из-за проливных дождей, ниспосланных небесами, и не из-за наводнения, вызванного горными ручьями. Чтобы объяснить это явление, к Дельфийскому оракулу отправили послов, которым дано было прорицание, что воду из этого озера следует разлить по окрестным полям: тогда, мол, вейяне попадут под власть римлян. Но, прежде чем послы успели известить об оракуле, один гаруспик из Вей был захвачен нашим воином, под предлогом переговоров, и доставлен в лагерь, где и поведал о предсказании. Вот тогда сенат, убежденный двойным предсказанием, смирился перед временем и религией и овладел вражеским городом.[46]Осада богатейшего южноэтрусского города Вейи действительно была очень затяжной и продолжалась 10 лет (406–396 до н. э.). Аналогичный рассказ см. у Ливия (V.15–18).

6.4. Не менее значительным выглядит и такой успех на долю счастливого. Луций Сулла, консул в Союзнической войне[47]Союзническая война (90–88 до н. э.) велась римлянами главным образом против марсов, но также и против сабеллов, луканов, самнитов и других племен., принося жертву на Ноланском поле перед палаткой полководца, внезапно заметил змею, ползущую из нижней части алтаря. После того как гаруспик Постумий на основе увиденного дал пространное предсказание, Сулла вывел войско в поход и захватил лагерь самнитов. Эта победа обеспечила основание для его будущей обширнейшей власти.

6.5. Исключительного удивления достойны пророчества, которые были даны консулам Гаю Волумнию и Сервию Сульпицию после начала войны. Вдруг объявился пред народом какой-то бык и своим мычанием, а также чудовищным видом внушил ужас собравшимся. Его принесли в жертву, рассекли его мясо на части и разбросали. Большую долю частей склевали пронырливые птицы, оставшиеся же так и пролежали несколько дней на земле без всякого отвратительного запаха нетронутыми. Чудеса того же рода вызвали не одно смятение. Рассказывают, что какой-то необыкновенный ребенок родился на голове слона, что в Пицене прошел дождь из камней, что в Галлии волк похитил у часового из ножен меч, что на Сардинии на двух щитах вдруг выступил кровавый пот, что в Антии[48]Антий — прибрежный город в Лации примерно в 40 км к югу от Рима. в корзины жнецов упали сочащиеся кровью прутья, что у жителей Цер текут воды, смешанные с кровью. Известно, что и насчет Второй Пунической войны, якобы, сообщил бык Гнея Домиция: «Береги себя, Рим!»

6.6. Однако вот Гай Фламиний, выбранный консулом без ауспиций[49]Ауспи́ция (лат. auspicia, от avis — «птица» и speculare — «наблюдать») — птицегада́ние — в узком смысле — гадание авгуров по поведению птиц, откуда и происходит этимология, в широком — гадание авгуров вообще. (прим. комп-ра.), готовясь к битве с Ганнибалом при Тразименском озере, приказал вырвать из земли знамена, сам же скатился через голову своего оступившегося коня и упал на землю, но пренебрег этим знамением. Когда же сообщили ему, что знаменосцы не могут даже сдвинуть знамена с места, не говоря о том, чтобы их выкопать, он разразился угрозами. О, если бы за такую свою безрассудность заплатил он только собой, а не величайшим несчастьем римского народа! Ибо в этом сражении у римлян полегло пятнадцать тысяч воинов, шесть тысяч были захвачены в плен, десять тысяч бежали. По приказу Ганнибала нашли тело изрубленного консула и похоронили все, что от него осталось, предав земле таким образом и римское государство.[50]О знамениях перед началом Второй Пунической войны и о случае с Фламинием см. у Ливия (XXII.1–3). Там же (XXII.7) — сведения о потерях римлян и карфагенян.

6.7. С дерзостью Фламиния сравнима сумасшедшая настойчивость Гая Гостилия Манцина. Будучи консулом и собираясь в Испанию, он получил такое предзнаменование. Когда он захотел принести жертву Лавинии[51]Лавиния — дочь царя Латина, супруга легендарного Энея, прародителя римлян. Манцин был консулом в 137 г. до н. э. Под Нуманцией, кельтиберийским городом, он с войском попал в осаду, заключил с нумантийцами сепаратный мир, условий которого сенат не принял. Манцин был отправлен в Нуманцию в качестве своеобразной искупительной жертвы, там его не приняли, и только после совершения ауспиций ему разрешили возвратиться в Рим. См. подробнее: Цицерон. Об обязанностях, III.30; Об ораторе, 1.40., из клетки выпорхнули птенцы и улетели в ближайший лес, так что даже после тщательных поисков их не смогли обнаружить. В Геркулесовой гавани, куда консул пришел пешком, он, взобравшись на корабль, услышал непонятно откуда взявшийся голос: «Манцин, останься». Когда, устрашенный этим, он решил изменить курс на Геную и прибыл туда в лодке, то первым увидел огромной величины змея и от одного вида его скончался. Таким образом, он сравнял число предзнаменований с числом несчастий: бесславным сражением, позорным договором, злосчастной сдачей в плен.

6.8. Меньшее удивление у простого человека возникает при рассмотрении случая с Тиберием Гракхом, тяжелейшая и прискорбная кончина которого произошла по умыслу, с неизбежным предзнаменованием. Будучи консулом, он совершал жертвоприношение в земле луканов. Неожиданно откуда-то изнутри жертвенного животного, уже заколотого, выползли две змеи, и обглодав печень, скрылись в то же потаенное место. Когда жертвоприношение было продолжено, вновь случилось то же предзнаменование. Внутренности третьей жертвы теперь уже тщательнейшим образом обследовали, но так и не смогли найти места появления или укрытия змей. И хотя гаруспики истолковали все это в пользу императора, Гракх, однако, не избежал козней вероломного гостеприимца Флавия и безоружный встретил свою смерть в том месте, где скрывался вооруженный вождь карфагенян Магон.[52]Не совсем ясно, что имеет в виду Максим. Тиберий Гракх, как известно, погиб в вооруженном столкновении на римском форуме. Тело его было сброшено в Тибр. Флавий — некий римлянин, предупредивший Тиберия о готовящемся против него заговоре. Магон — брат Ганнибала, по Ливию умер от раны, полученной в бою (ХХХ.19). Согласно Аппиану (Ливийская война, XLIX.211; LIX.260), Магон еще года два провел в Лигурии; Зонара (IX. 13.10) сообщает, что он доплыл до Африки, но был вновь отправлен в Италию; по Корнелию Непоту (Ганнибал, 8.1 и след.) Магон, как и Ганнибал, бежал из Карфагена и погиб в изгнании — то ли при кораблекрушении, то ли от рук собственных рабов. Плутарх в биографии Тиберия (19) рассказывает, что смертельный удар ему нанес его товарищ по должности, народный трибун Публий Сатурей. Тогда наблюдается некоторое согласование с Непотом: и Гракх, и Магон погибли от рук известных им людей. Относительно места гибели неясность остается.

6.9. И распря между консулами, и заблуждение общества, и самый род смерти Тиберия Гракха напомнили мне о Марке Марцелле. Вдохновленный славой полководца, впервые заставившего Ганнибала отступить из-под стен Нолы и захватившего Сиракузы, он изо всех сил старался либо разгромить карфагенское войско в Италии, либо изгнать его из Италии. И вот священной жертвой он решил выявить волю богов, для чего сначала заколол перед костром жертвенное животное. Печень его оказалась без головки, а у второй жертвы головка была двойной. Гаруспик с печальным лицом заявил, что это предзнаменование ему не нравится, пусть даже прочие приметы внушали радость. Поверив в это, Марцелл тем не менее принял решение и в последующую ночь с немногими воинами отважился выйти на разведку, но попал в окружение большого числа врагов при Бруттии и смертью своей принес отчизне огромное страдание и вред.[53]Марк Клавдий Марцелл в 215 г. до н. э. действительно первым сумел нанести поражение Ганнибалу под городом Нолой. В 212 г. он захватил Сиракузы. Погиб в сражении с Ганнибалом в 207 г., будучи в пятый раз консулом вместе другим консулом, Криспином. Подробнее см. его биографию у Плутарха.

6.10. А вот каким образом консул Октавий не сумел избежать зловещего предзнаменования, хотя и устрашился его. Враждовавший с ним Цинна наткнулся на статую Аполлона, так плотно сидящую в земле головой вниз, что невозможно было ее вытащить. Он решил, что увиденное обозначает его смерть, поэтому вырезал на статуе знак 9 — печальный знак авгуров, предвещающий конец жизни, и только после этого сумел извлечь статую из земли.[54]Октавий и сторонник Гая Мария Цинна, были консулами в 87 г. до н. э. На деле именно Октавия обезглавили по приказу Цинны, то есть данное предзнаменование было словно переведено Цинной на Октавия.

6.11. Заслуживает внимания Марк Красс, который должен быть причислен к величайшим жертвам Римской империи и которого я не могу обойти молчанием в данном случае. Ведь на его долю выпали самые очевидные и явные предзнаменования.