Увидев, как он глуп, Эйе и Хоремхеб покинули его. На следующий день, когда Секенре пошел ловить рыбу, случилось так, что его тростниковая лодка перевернулась и его тело пожрали крокодилы. Так рассказывали, но как это произошло на самом деле, не знаю. Думаю, не Хоремхеб повелел убить его, а скорее всего Эйе, который спешил вернуться в Фивы и взять в руки бразды правления.
Он и Хоремхеб отправились затем к юному Туту, который, как обычно, играл на полу своей комнаты в похороны, и его супруга Анксенатон играла вместе с ним.
Хоремхеб сказал:
— Пойдем, Тут, тебе уже пора встать с этого грязного пола, ибо ты теперь фараон.
Тут послушно поднялся, сел на золотой трон и сказал:
— Я фараон? Это меня не удивляет, так как я всегда чувствовал свое превосходство над другими, а значит, вполне справедливо, что я стану фараоном. Моей плетью я буду наказывать всех преступников, а моим жезлом я буду как пастух охранять всех добрых и благочестивых.
Эйе сказал:
— Перестань болтать чепуху, Тут! Ты будешь делать все, что я тебе скажу, и без возражений. Сначала мы устроим радостный переезд в Фивы, а в Фивах ты склонишься пред Амоном в его великом храме и принесешь ему жертву. Потом жрецы помажут тебя на царство и возложат тебе на голову белую и красную короны. Ты понял?
Тут немного подумал и спросил:
— Если я отправлюсь в Фивы, мне построят большую гробницу, как всем фараонам? Жрецы принесут туда игрушки, золотые стулья и красивое ложе? В Ахетатоне гробницы узкие и темные, а я хочу, чтобы у меня были не только настенные рисунки, но и настоящие игрушки и мой прекрасный голубой нож, который мне подарили хетты.