Я промолчал. Он внимательно посмотрел на меня, удрученно покачал головой и сказал:
— Меня зовут Ксенодот. Я иониец, ученик знаменитого Гекатая, но во время войны я попал в плен и стал рабом великого царя.
Заметив, как изменилось мое лицо, он быстро пояснил:
— Я только считаюсь рабом. Не пойми меня неправильно. Если бы Скит вернулся в Занклу, меня возвели бы в ранг его советника. Скит сбежал в Сузы, потому что великий царь является другом всех изгнанников. Но великий царь еще и ученый, его врач, который родом из Кротона, пробудил у него интерес к наукам, в особенности ко всему тому, что касается греческих городов в Италии и на Сицилии. Однако его интересуют и все другие народы тоже — и те, о которых ему рассказывали, и те, о которых он пока ничего не знает. Великий царь хотел бы с ними познакомиться и готов посылать дары их вождям. Ему интересно, что это за люди и как они живут.
Он внимательно посмотрел на меня, погладил кудрявую бороду и продолжал:
— Собирая сведения о разных народах, великий царь расширяет круг своих знаний и таким образом служит всему человечеству. В его сокровищнице хранится копия карты мира, которую Гекатей изготовил из бронзы, и великий царь хочет знать как можно больше, так как боги решили, что он должен стать отцом всех народов.
— Поэтому-то он так по-отечески поступил с ионийскими городами, особенно с Милетом, самым способным из его детей, — ответил я презрительно.
Ксенодот недоверчиво спросил:
— Откуда ты знаешь греческий, сикан? Ты, который рисуешь на лице полоски и ходишь в звериных шкурах? И что тебе известно об Ионии?
Я счел нужным немного похвастаться и сказал: