— Нет-нет, — ответил я. — Ты же хорошо знаешь, что такие вещи не продаются. Так вот, именем этого морского конька я прошу рассказать мне, откуда ты и где берешь соль.
— Ты хочешь стать моим конкурентом? — спросил он.
Но подобная мысль тут же показалась ему смешной, и он улыбнулся, ибо никто и никогда не слышал о сиканах, плавающих по морю. Свои мелкие и неуклюжие лодки они делали из выжженных стволов деревьев.
— Соль я беру у устья великой реки тирренов, — сказал купец. — На нашей земле, земле этрусков, есть две больших реки, и эта течет на юге. Соль сушат на берегу моря, а выше по реке лежит основанный нами город Рим. Там-то и начинается соляная дорога, которая проходит через страну этрусков.
— Ты говоришь, город расположен у реки? — Мое любопытство усилилось, и я вспомнил о листике ивы, который упал передо мной в родник.
Тиррен нахмурился и сказал:
— Да-да, когда-то это был наш город, и мы построили через тамошнюю реку замечательный мост. Теперь Рим населяют другие народы, и двадцать лет назад из города выгнали последнего этрусского царя, род которого происходил из просвященных Тарквиний. [37]Тарквинии — этрусский город I тысячелетия до н. э., расположенный к северу от Рима. Множество людей с дурной репутацией и даже преступников бежит в Рим, чтобы найти там убежище. Нынешние обычаи горожан жестоки, их нравы суровы, но все знания о богах римляне получили в те времена, когда ими правили наши цари.
— Почему вы не вернете этот город себе? — спросил я.
Тиррен покачал головой.
— Ты плохо знаешь нашу страну. У нас каждый город сам выбирает, будет ли он находиться под властью тирана или станет управляться народом. Но в глубине страны по-прежнему правят лукумоны, а последний римский Тарквиний не принадлежал к этому роду. [38]Тарквиний Гордый — согласно римскому преданию, последний царь Древнего Рима; в 509 г. до н. э. изгнан римлянами. Когда же выяснилось, что никто не горит желанием взять судьбу города в свои руки, власть захватил прославленный царь Ларс Порсенна. Он завоевал Рим, а потом отказался от него, потому что был сыт по горло постоянными заговорами, которые устраивали молодые люди, желающие убить его.